Angels Don't Speak Chinese (angels_chinese) wrote,
Angels Don't Speak Chinese
angels_chinese

Японские, э, обыкновения

Читаю сборник "Mirror of Modernity. Invented Traditions of Modern Japan" (1998). Там очень много прекрасного, поучительного и переворачивающего "традиционное" представление о стране Ниппон. А также проникновенного, трогательного, странного, кошмарного и такого, что не понимаешь, как к нему-такому вообще относиться.

Например: во время колонизации Маньчжурии ("марионеточное государство Маньчжоу-го", 1930-е) существовал жанр, мнэ, пропагандистского романа (а также песни, фильма и т.д.), где-то в чем-то похожего на аналогичные советские и не только книжки. Классический пример - роман Цуто Вада "Деревня Охината" ("Охината-мура"), сериализованный в "Асахи" в середине 1939 года и вышедший отдельной книжкой двумя годами позднее.

Речь в нем идет о еле сводящей концы с концами деревне Охината, жители которой решают переселиться в блаженную Маньчжурию, но что-то им мешает. Протагонист, деревенский староста Асакава, горит идеей переселиться так сильно, что пытается убедить деревенскую бедноту в том, что им нужна Маньчжурия, разоблачить наживающегося на деревне торговца, который ставит переселенцам палки в колеса, а также выбить из правительственных чиновников деньги на переезд. В числе прочего в этом романе жительница деревни, больная туберкулезом, кончает с собой, чтобы освободить свою семью и жениха от забот, - дабы те, соответственно, с легким сердцем поехали в Маньчжурию. В финале вся деревня, включая землевладельцев и злого торговца, пляшет и поет, отправляясь сами понимаете куда.

Или вот Янагита Кунио, знаменитый краевед-философ, который всю жизнь был озабочен поисками мифического "исконного японца" (это отдельная песня), рассказывает историю о том, как в тяжелые годы некий добыватель угля пятидесяти лет зарубил двух детей - собственного 13-летнего сына и приемную дочь такого же возраста - топором с широким лезвием. Жена добывателя угля умерла, семья нищенствовала, и дети, затачивая топор, сказали: "Отец, убей нас этим топором", - и легли на спины, а добыватель угля отрубил им головы (конец цитаты).

Не то чтобы это был паттерн - "принести себя в жертву ради благополучия других", - но два таких фильма ужасов на сто страниц - это все-таки много. И я не понимаю, как выжившие могут потом жить с легким сердцем. В общем, если смотреть на все это не с позиции этнографа (как авторы сборника), а с позиции человека-рядом, какая-то жуть берет.
Subscribe

  • Звуки железной дороги

    В небе сияет прямоугольно луна поворотного крана. Я пью чай в два часа ночи, не отрывая глаз от экрана. Когда засыпаешь, бывают слышны звуки железной…

  • Lord I'm One Lord I'm Two

    Я найду в краю невзгод самый быстрый звездолет и на нем умчусь в чернеющий зенит. Эта мертвенная даль растворит мою печаль, всё уймет, но ничего не…

  • Мэрион Бернстайн "Сон"

    [Мэрион Бернстайн (1846-1906) – дочь немецкого еврея, эмигрировавшего в Лондон, и англиканской матери. Отец рано прогорел и умер, когда Мэрион было…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Звуки железной дороги

    В небе сияет прямоугольно луна поворотного крана. Я пью чай в два часа ночи, не отрывая глаз от экрана. Когда засыпаешь, бывают слышны звуки железной…

  • Lord I'm One Lord I'm Two

    Я найду в краю невзгод самый быстрый звездолет и на нем умчусь в чернеющий зенит. Эта мертвенная даль растворит мою печаль, всё уймет, но ничего не…

  • Мэрион Бернстайн "Сон"

    [Мэрион Бернстайн (1846-1906) – дочь немецкого еврея, эмигрировавшего в Лондон, и англиканской матери. Отец рано прогорел и умер, когда Мэрион было…