August 12th, 2004

道

"А когда он на Грегуар, он как Грегуар" (с)

Эпопея продолжается: прибыл третий экран для лэптопа. С большой царапиной посередине. Ждем четвертую деталь.

***

Мультик "Ван Хельсинг: лондонское задание" меньше всего напоминает анимэ, хотя мне говорили обратное. Жуть с ружьем; сплавить воедино мистера Хайда, королеву Викторию и вурдалаков еще никто не догадался (как в том анекдоте: "Мой Бог! - воскликнула королева. - Я беременна - и неизвестно от кого!"). Продюсер - Джон Кафка; "это многое объясняет".

***

Читая "Свадьбу палочек" Джонатана Кэрролла, одного из любимейших авторов Майкла Муркока (и моего тоже теперь), незамедлительно ощущаешь себя его героем. Я сидел в банковской конторе, ждал своей очереди; ко мне подошел пожилой мужчина, инвалид с костылем, рассеянно посмотрел по сторонам, потом, протягивая мне наручные часы, сказал:

- Так, молодой человек... вот вы не в курсе, как заводятся эти часы?

Я оторвался от Кэрролла. Часы были не слишком старинные, скорее всего, 70-х или 80-х годов, с потрепанным кожаным ремешком; на циферблате краснела армейская символика.

- Нет... обычно нужно крутить вот эту вот штучку - туда-сюда...

- Это-то я знаю! - сказал мужчина. - Но тут что-то особенное. Не знаете, да?

Я помотал головой.

Люди вокруг хранили молчание.
道

С плотно открытыми глазами

[Эрцензия на "Дзатоити". Или не эрцензия. То, что я должен сказать :]

Слепцы в Стране восходящего солнца настолько часто служили массажистами, что тех и других стали называть одним словом - "дзато". У классика японской литературы Танидзаки есть даже "Рассказ слепого" о средневековом незрячем массажисте, вся жизнь которого проходит в непосредственной близости от сильных мира сего. Слепец этот, оставаясь вроде бы пассивным наблюдателем, все же меняет ход истории.

Писатель Кан Симодзава придумал совсем другого слепца - внешне беспомощного, а на самом деле непобедимого. Его Дзатоити (о котором с 60-х годов японцы сняли массу фильмов) принадлежит скорее к европейской "супергероической" традиции; только если Супермены, Бэтмены и прочие ужасы на крыльях ночи геройствовали за счет неких сверхспособностей, то Дзатоити как был, так и остается слепым. Его война - это и не война вовсе, а, скорее, последовательное восточное недеяние.

Одно дело в этом фильме - сюжет, вполне себе японский, боевой и захватывающий: приходит слепой массажист (Такэси Китано) в городок, жителей которого держат в страхе сразу два "преступных сообщества, именуемых шайками", эдакие рэкетиры от якудзы, личности по-своему харизматические, но уж очень поганые. Мало того: в городке объявляется самурай-наемник, готовый поступить к мафии на службу и убить любого, кто не подчинится ей сейчас же. А еще здесь орудуют гейши-убийцы... Очень непростая в городке жизнь. Так сразу все и не углядишь.

Дзатоити и не глядит. И на него почти никто внимания не обращает; слепцы ведь все равно ничего толком не видят. Кто знал, что данный конкретный слепец окажется отменным фехтовальщиком? Более того - что он решительно покарает любое встретившееся на его пути зло?

А все потому, что Дзатоити слышит музыку, которую в европейской традиции назвали бы "музыкой сфер".

Одно дело, повторим, сюжет. Если бы им все и ограничилось - быть "Дзатоити" крепким японским боевиком. Однако великая запредельность этого странного фильма заключена в том, что сюжет тут играет роль второстепенную, он следует за ритмом, словно тень за неторопливым слепцом. Слепец между тем внимает вселенской гармонии, подслушивая ее в чьей-то походке, в обывательском разговоре, в грохоте игральных костей, в движениях крестьян, мотыгами обрабатывающих рисовое поле. Мир для него пронизан различными ритмами, которые, накладываясь, образуют нечто вроде симфонии для оркестра японских богов.

Но вот люди злой воли пытаются навязать другим свой «ритм». Малейшая фальшь заставляет насторожиться. И тогда Дзатоити извлекает из ножен остро заточенную дирижерскую палочку...

Отсюда мораль: не причиняй другим боль без необходимости - и не столкнешься с Дзатоити, слепым и беспристрастным законом воздаяния. Делай то, что должен, живи по совести. А чтобы отличать добро от зла - чувствуй ритмы и живи ими, будучи от них свободным. Как говорил Козьма Прутков, "не плыви по течению, не плыви против течения, плыви туда, куда тебе надо", только всегда помни: если зрячий с широко открытыми глазами не смотрит под ноги, он запросто может упасть.