July 1st, 2009

道

Jde déšt' a já jdu s ním

Долгий, долгий день. В который раз убедился, что я не всегда понимаю людей, а люди, с моей точки зрения, могут вести себя странно. Но - в конце концов дописал про Теодора Герцля, вкусил радостей жизни на одном журналистском мероприятии, а к вечеру мы наконец развиртуализовались с max_tuula, и это большое человеческое счастье.

Самое странное впечатление этого дня: внезапно выяснилось, что одно из самых удивительных воспоминаний моей жизни является таковым и для человека, с которым мы тогда вместе наблюдали за - с точки зрения сферического наблюдателя в вакууме - ничем не примечательной сценой из жизни одного итальянского города.

Ну и: что-то я вспомнил об этой песне, посему - Ютьюб. Это одна из моих любимейших песен всех времен и народов. Я услышал ее на саундтреке к фильму Петра Зеленки "Год дьявола", и с тех пор она меня не отпускает. Марие Роттрова, "Lásko, voníš deštěm" ("Любовь, ты пахнешь дождем"), слова чешские. Я думаю, даже если не знать чешского, как не знаю его я, слова будут понятны. Ну и... в общем, это надо слушать.

  • Current Music
    a hledám stopy včerejší
道

Российская фантастика энд кризис маркетинга

Всё, что изложено ниже, есть не столько мнение или там прогноз, сколько предположение. Я был бы рад ошибаться. И открыт к поправкам, тем более, что российскую фантастику в России я наблюдаю крайне эпизоотически.

Получается примерно так: вал фантастических романов - чудовищный. Говорят, 500 романов в год, да? Даже если бы было в пять раз меньше, всё равно был бы девятый вал (и двенадцатый ваал). Понятно, что подавляющее большинство издаваемого - это книги-однодневки не в силу имманентной им однодневчатости, а в силу невозможности элементарного выбора. У читателя, который пришел в книжный, есть несколько способов выбрать книгу: по автору; по серии; по информации, полученной из любых социальных сетей; отдельно поставим рекламу. Всё. Про обложки не будем - они банальны и не имеют отношения к книгам, хотя в истории бывало и хуже. Про мифическое "содержание", оно же типовые аннотации, не будем тоже.

Тут начинается интересное. С точки зрения прибыли в краткосрочном периоде надо продавать то, что уже пользуется спросом. То есть - автора и/или серию. Именно это российские издатели и делают. Такой вот забавный парадокс: рекламируются книги, которые, казалось бы, в рекламе нуждаться уже не должны. Грубо говоря - новый роман Головачева, новый роман Лукьяненко и новый роман Панова. Реклама функционирует утилитарно, но - в краткосрочном периоде - дьявольски эффективно: как источник информации о появлении книги, которую вы купите потому, что это книга такого-то автора (или вышла в такой-то серии, что реже, но имеет место). А вовсе не потому, что это хорошая книга сама по себе. Хорошей - в смысле "покупаемой" - ее делают другие ее признаки.

Тут нет ничего странного, и на Западе, как я понимаю, поступают так же. Это всё естественно и небезобразно. Вопрос о том, что будет, если не раскручивать новую книгу имярека, а просто пустить ее в продажу, мы отметем как попахивающий неверием в мощь нашей фантастики.

Но с точки зрения прибыли в долгосрочном периоде нужно вкладываться в раскрутку книг, которые пока не обладают признаком "хорошие" ни по автору, ни по серии. (Вопрос об успешных сериях, в которых гиганты тянули бы за собой карликов, мы тоже отметем - слухи об успешности этой стратегии в принципе сильно преувеличены; в long-run period мы имеем "еще одну похеренную серию", ибо абстрактный брэнд не спасает.) В бой должны идти не только старики, но и молодые по-настоящему талантливые авторы. И раскручивать (читай - информировать о) их надо по меньшей мере так же яростно.

Дело даже не в том, что старая гвардия немногочисленна и не вечна. Дело еще и в, скажем так, конкуренции. Когда всё маркетинговое внимание направлено на горстку избранных, избранные крайне редко способны держать марку. Олигополия в литературе - это ненормальная ситуация. Но именно она сейчас и установилась (в отличие, кажется, от Запада, где молодых все-таки раскручивают).

Почему так?

Может быть, боятся. Я пытался вспомнить случаи, когда издатства искренне пытались раскрутить молодых авторов; вспомнил (имен не назову, вспоминайте сами); ничего путного из той раскрутки не вышло. Средства потрачены, автора-зубра - не получилось.

Может быть, не умеют. Рады бы, но - такие маркетинговые кадры сидят.

Может быть, идут по пути наименьшего сопротивления.

Или, может, просто не пишутся книги такого уровня, чтобы на них можно было делать разумную финансовую ставку?

Не знаю. Но факт тот, что коэффициент Джини в российской фантастике опасно близок к единице. Среднего класса - почти нет. Есть зубры, их мало, но они зверски эффективны как элементы получения прибыли; и есть планктон, сотни книг, которые бросают в воду рынка и потом смотрят: выплывет? Одиночки не идут ко дну сразу и умудряются держаться на поверхности (а волей случая или таланта - Бог весть). Кое-кто рискует на время приблизиться к зубрам (феномен Глуховского). А спасательные круги в виде раскрутки отдельных (условно) самых талантливых никто не бросает.

Так может продолжаться какое-то время. Но не слишком долго. Система губит и новичков, и зубров.

Я корректно изложил проблему?

(Подумано за завтраком.)
キョン

Воркинг муд

- Согласно разъяснениям министерства юстиции Украины, порнографию отныне можно хранить только для использования в медицинских целях!

- Интересно, как они докажут, что она хранится в медицинских целях.

- Для здоровья.

- Для подня... для укрепления здоровья!

- Гы-гы-гы!

- Не надо подробностей! Не надо показывать руками!..

- Гы-гы-гы!

- Ты смущаешь отца семейства!

- Гы-гы-гы!

- Чем его можно смутить, я вас спрашиваю? Чем? Он всё видел - он отец семейства!..
キョン

Устал

Как тот миядзаковский младенец, да.

В таком состоянии я - сторонник крайних решений и мер.

Вчера решил на ночь глядя удалить из френдов всех, кто состоит в коммьюнити "ру_чайлдфри" - за принципиальную несовместимость платформ. Нашел одну френдессу, которая. Долго ржал, никого не удалил.

Ощущаю в себе некоторую нетерпимость. Вот, скажем, яойщицы и их дурь. Хочется быть нетерпимым, ей-богу.

Пойду домой обедать. После обеда я всегда добрею. Даже к дури яойщиц.

The question is vexed: дружба, да, а вот знает человек, что ты думаешь о его выстраданном как о дури, - и как он себя ощущает? А как я себя ощущаю в таких ситуациях? Стараюсь быть выше этого и избегать острых мест, вот как. Но дружба - она в некотором роде противник такта. Друзьям можно быть as is. Не притворяться. Вот и выходит, что между убеждениями и дружбой - сложные отношения.

И бревен у меня в глазах хватит на порядочный дом. Но есть что-то за гранью "пока меня можно терпеть" и "пока можно терпеть вас". Надеюсь.