July 2nd, 2011

道

Первый раз за восемь лет поменял дефолтный юзерпик

Ввиду настроения. Потому что, как говорил глава той школы, где преподавал (в "Человеческой природе" и "Семье крови") несчастный Джон Смит, if we have to make a fight of it, then make a fight we shall. Видимо, однажды поменяю обратно, но пока всё летит к чертям, быть прежним собой не очень получается.
道

Замечательное



А также понятное не каждому, но:



Я, конечно, не настолько злой, чтобы разделить чувства этой конкретной выхухоли. Я бы переформулировал. Например, так:

ВЫХУХОЛЬ
она вымирает и просит: "а ты - не дай мне умереть" (с)


Но это к слову. Вообще же надежда и вера не вымирают. Любовь - тем более.
道

Бродский, перемноженный на Козакова

Почему я раньше не слушал, как покойный Козаков читает Бродского? Ну то есть - я слышал, конечно, но вживую и чуть-чуть, пару раз, когда Михаил Михайлович приезжал к нам. А всё это время у меня была запись. "Мексиканский дивертисмент" ("В ночном саду под гроздью зреющего манго...", как и надо, поется), "Пьяццо Маттеи", особенно же "Новый Жюль Верн" - просто вот аккурат в тему того, что мне сейчас надо в плане литературы.

Безупречная линия горизонта, без какого-либо изъяна.
Корвет разрезает волны профилем Франца Листа.
Поскрипывают канаты. Голая обезьяна
с криком выскакивает из кабины натуралиста.

Рядом плывут дельфины. Как однажды заметил кто-то,
только бутылки в баре хорошо переносят качку.
Ветер относит в сторону окончание анекдота,
и капитан бросается с кулаками на мачту.

Порой из кают-компании раздаются аккорды последней вещицы Брамса.
Штурман играет циркулем, задумавшись над прямою
линией курса. И в подзорной трубе пространство
впереди быстро смешивается с оставшимся за кормою.


Ыыы.
  • Current Music
    "АББА" за окном
道

А сзади спрут и Николай

"Ирина!" "Я слушаю". "Взгляни-ка сюда, Ирина".
"Я же сплю". "Все равно. Посмотри-ка, что это там?" "Да где?"
"В иллюминаторе". "Это... это, по-моему, субмарина".
"Но оно извивается!" "Ну и что из того? В воде
все извивается". "Ирина!" "Куда ты тащишь меня?! Я раздета!"
"Да ты только взгляни!" "О боже, не напирай!
Ну, гляжу. Извивается... но ведь это... Это...
Это гигантский спрут!.. И он лезет к нам! Николай!.."


Бродский, естественно.
道

По ритмам Бродского

Жру чеддер, как последний самурай,
попавший в Сомерсет по воле ками
на стыке двух эпох - и в древний камень
катану Хандзо вбивший. Сельский рай

в предчувствии войны ушел в ретрит.
С Артуром связь оборвана. Взрезая
упрямый сыр под тихий грок бандзая,
японский рыцарь что-то говорит

идущим где-то там своим Путем
немым богам. Смыкаются культуры.
Спят в древних кобурах экскалибуры.
Мой чеддер не кончается. Прием.