December 24th, 2011

道

Фантаст Казанцев

Два момента, связанные с фантастом Казанцевым (тм), в биографии АБС кисти Володихина и Прашкевича потрясли меня.

Первый вскрывает подноготную старого мифа. По крайней мере, я бы ни за что не подумал, что ноги растут отсюда. Судите сами:

[П]риведем весьма характерный для того времени документ, подписанный известным советским фантастом А. П. Казанцевым... "Госкомиздат СССР, — писал Казанцев, — провел коллегию по научно-фантастической литературе, где были подвергнуты критике произведения абстрактные, идущие на поводу у той западной фантастики, которая порывает с реальностью, служа или развлекательности, или откровенной антикоммунистической и антисоветской пропаганде, вроде „звездных войн“, где нагло используются имена из знаменитого романа Ивана Ефремова „Туманность Андромеды“, присвоенные галактическим негодяям, развязывающим галактические войны. Влияние бездумного перепечатывания американской фантастики у нас в СССР безусловно сказывается..."

Бггг. Угу, Дарт Ветер, я понимаю. Про общий источник ("Звездные короли") Казанцев то ли не знал, то ли не хотел знать.

Второй - эпизод с тостами на первой "Аэлите", где наградили и АБС, и Казанцева. Пересказывать не буду, можно прочесть хоть на "Флибусте"; в целом это прекрасный пример того, что быть дипломатичным, не уронив себя, нормальному человеку никогда не западло. Я про Аркадия Натановича, само собой.
道

Рождественская сказка

Жил-был мальчик, с которым случилась такая типичная для нашей планеты фигня: он влюбился, его бросили, и он долго горевал по этому поводу. Почему-то эта фигня никак не давала ему покоя. Одни считали, что мальчик так сильно влюбился. Другие полагали, что мальчик просто дурак и маньяк. Третьи указывали на то, что мальчик наверняка сам виноват и еще неизвестно, почему его бросили. Четвертые говорили, что никакая это не любовь, потому что если бы это была любовь, мальчик отпустил бы прошлое, а не наоборот. Пятые ничего не говорили, точнее, как раз они с мальчиком говорили, но о чем-то еще, и им мальчик был благодарен больше всего. А еще мальчик перестал верить в чудеса. А значит, и сам разучился их делать. Ну не мог он больше верить в чудеса после той фигни. И вот вы - лично вы - готовы бросить в него камень?

Мальчик был живой, внутри у него болело, он совершал странные с точки зрения общественного мнения поступки, не знал, куда ему теперь идти, и вообще не очень понимал, на каком он свете. На мир он смотрел со смесью любви, ярости и печали. Примерно те же чувства он испытывал, когда вспоминал ту, которая, а вспоминал он ее часто.

Поскольку это сказка о живом человеке, в ней не будет ни счастливого конца, ни несчастливого, ни морали, ни надежды, ни развязки. Ни даже намека на продолжение. Мы оставим мальчика там, где он есть, таким, какой он есть, встроенным в убийственное прошлое и непонятное будущее, и пойдем наконец к праздничному столу.