May 3rd, 2014

道

Парижские яви

Жаль, у меня мало времени, чтобы писать о Париже. И потом, конечно, о Париже сложно что-либо говорить. Сложно рассказать о блаженстве, с которым ты шатаешься по насквозь литературной рю де Вожирар в направлении Люксембургского сада, хавая свежекупленные в местной буланжри, теплые еще круассаны под неброским парижским дождем.

Но нужно было избродить вдоль и поперек музей Клюни, чтобы уже точно понять, что средневековое искусство по красоте, самобытности и оригинальности не имеет ничего общего с тиражируемыми картинками а-ля "готический Пиросмани" в учебниках. Что "темные Средние века" есть миф - ясно и так, но я совсем перестал понимать что-либо про так называемое Возрождение. Всех, кто считает, что надо было что-то там возрождать в области искусства, я буду отныне посылать в Клюни.

И нужно было внимательно постранствовать по Орсэ, чтобы понять, что французское искусство второй половины XIX века (от которого осталось, понятно, куда больше, чем от Средневековья) далеко не сводится к распиаренным художникам, в основном импрессионистам. Честно сказать, я недолюбливаю импрессионистов, и "дорогие ван Гог и Гоген" (как дружбан Саша П. говорил в школе после уроков истории искусств - с украинским "г", естественно) тоже меня не впечатляют. А вот что во Франции было огромное количество альтернативных прекрасных художников, склонных к, извините, прерафаэлитизму (среди символистов, понятное дело, но и не только) - это был великий сюрприз.

И нужно было своими глазами увидеть Сакре-Кёр и Нотр-Дам, чтобы понять, почему второе предпочтительнее первого: потому что темный, насквозь символичный, утыканный химерами собор я всегда предпочту светлому и просторному храму, на мозаике апсиды которого Людовик XVI распростерт перед Господом на коленях, а революционер в красном колпаке - стоит отвернувшись. Либо мы христиане, либо политпропагандисты, tertium non datur (боюсь, к "святости" Николая II я отношусь весьма схожим образом).

И так далее. По крайней мере, исходив вот этими ногами пол-Парижа, я понял, насколько это сложный город. И насколько он не такой, каким принято его представлять.