July 24th, 2014

狐

Дед Василий сказал, совсем охренев: мы наконец-то сошли с ума

А вот писатель Вахур Афанасьев в газете "Ыхтулехт" дописался реально до чертей: "Сатана влез в русских, и я не знаю, как его оттуда выгнать" (эст.).

Глайвицский инцидент, бандеровские банды, раздел Польши - исторических параллелей масса, но впечатление такое, что все забыли, о чем вообще была Вторая мировая война.

Вторая мировая война была о том, чтобы больше никогда не считать какой-либо народ плохим. Ни евреев, ни цыган, ни русских, ни украинцев, ни арабов, ни американцев, ни эстонцев, никого. Не обобщать - обобщениями вымощены дорожки в концлагеря.

Простой мессидж, но он проебывается сейчас сплошь и рядом по любым - благородным, кровавым, смертельным - поводам.

Что делать - совершенно непонятно.
  • Current Music
    Flipron - Zombie Blues
道

Наш Лукьяненко



А вот эстонский фантаст Индрек Харгла запрещает переводить себя на русский и вообще.

Катастрофа, которая случилась с малазийским самолетом, потрясла весь мир и еще больше разозлила враждующие стороны. Так, эстонский писатель Индрек Харгла больше не покупает в магазинах молоко с русской маркировкой.

«Мои книги не появятся на русском языке, потому что я считаю, что эстонцы не должны сотрудничать с Россией, и не надо там ничего покупать. Я бойкотирую те эстонские продукты, которые делают маркировки на русском языке и рекламируют себя на русском языке. Я не буду покупать консервы Salvest. Я не буду покупать молоко, где по-русски написано «молоко», пишет Elu24.

Двуязычие – это не что иное, как продолжение брежневской колонизации. Когда русских сюда вагонами завозили, им понастроили всякие Ласнамяэ и Ыйсмяэ, и там все должно было быть на двух языках.

Те русские, которые решили остаться в Эстонии, должны общаться на эстонском уметь обходиться эстонским
(отредактировано - перевод был неверный). То, что эстонцы маркируют продукты на русском, стыдно.

Эстонские дети массово учат в школе русский – зачем? Не надо сотрудничать с Россией, ни в политическом, ни в культурном плане!»


Что я могу сказать. Раньше Индрек таким не был. И, видимо, я войду в историю как единственный его переводчик на русский - эн лет назад я перевел его рассказ "Сестры" для сборника Леши Калугина "Новые марсианские хроники". Потом что-то с Индреком случилось, может, Бронзовая ночь его травмировала, может, еще что, но он сделался вот таким вот. Он был на "Эстконе" на этих выходных, и я подошел к нему и спросил насчет переводов на русский. Индрек сказал, глядя сквозь меня, что про "Сестер" не помнит ничего (ну дык - на эстонском они в этом году были в номинации; совсем не помнит, ага) и вообще не считает возможным публиковаться на русском, потому что не хочет поддерживать российскую экономику. Как кто-то сказал: "Индрек - это Лукьяненко наоборот".

Был еще эпизод, когда я пришел глядеть на свинью на вертеле, а Индрек сидел рядом за столом и говорил с еще одним фэном насчет того, есть ли "эстонские русские писатели". Индрек отрицал саму возможность такого дела и произнес сакральную фразу "Eesti on eestlaste maa", "Эстония - земля эстонцев". (Да, естественно, я говорил с ним по-эстонски. Я уважаю других людей, знаете ли. Но, как видим, у националистов это не взаимно.)

Видимо, теперь Индреку стыдно за публикацию "Сестер" на русском. Так получилось, что я его искусил и теперь буду вечным олицетворением его позора. Легендой больше, что.

При всем том Индрек Харгла - очень популярный писатель, пусть главным образом и благодаря нефантастической серии средневековых детективов про таллиннского аптекаря Мельхиора. Я когда-то хотел перевести его роман "Паломничество в Новый свет" - это альтернативка с участием Агриппы Неттесгеймского и Монтесумы (II? не помню). Теперь уже как-то и не хочу.

(Да, и, может, это лишнее, но мало ли: Харгла, как я понимаю, скорее исключение. Пусть и громкое. Как, в общем-то, и Лукьяненко.)
アグリッピン

My Very Private Bookish Life

С утра пришли книжки. Круг тем неизменный. Викторианство - биография Уилки Коллинза кисти Эндрю Лайсетта (автора прекрасной биографии Киплинга и менее прекрасной Конан Дойля), "Visions of Science" Джеймса Секорда про популярные научные трактаты ранневикторианской эпохи, с известным викторианским Евангелионом на обложке:



Потом еще "London's Shadows" Дрю Д. Грэй про, понятно, dark side of the Victorian city. Плюс переведенный с датского монументальный труд Бо Лидегорда (? Bo Lidegaard) "Countrymen" о спасении датских евреев (сумасшедшая, ни в какие шаблоны не вписывающаяся история победы человеческого в самых разных людях). Ну и новая книжища Адама Туза "The Deluge. The Great War and the Remaking of Global Order". Предыдущая книга Туза была лучшей и чуть не единственной монографией про экономику Третьего рейха, и новую тоже хвалят по страшной силе.

Кстати, по осени выходит новый роман Дэвида Митчелла "The Bone Clocks" - "Костяные часы", что ли? - метафизический детектив. Ну окей. У меня еще "Облачный атлас" нечитан.

И - это не о книгах, но почти - я тут нашел изумительную панк-группу Flipron. Тексты, музыка, ирония - все то, чего мы ждем от. И фантастика тоже. Вот хотя бы:



Или вот:



Они прекрасные на всю голову, мне кажется.