Angels Don't Speak Chinese (angels_chinese) wrote,
Angels Don't Speak Chinese
angels_chinese

Categories:

Наш Лукьяненко



А вот эстонский фантаст Индрек Харгла запрещает переводить себя на русский и вообще.

Катастрофа, которая случилась с малазийским самолетом, потрясла весь мир и еще больше разозлила враждующие стороны. Так, эстонский писатель Индрек Харгла больше не покупает в магазинах молоко с русской маркировкой.

«Мои книги не появятся на русском языке, потому что я считаю, что эстонцы не должны сотрудничать с Россией, и не надо там ничего покупать. Я бойкотирую те эстонские продукты, которые делают маркировки на русском языке и рекламируют себя на русском языке. Я не буду покупать консервы Salvest. Я не буду покупать молоко, где по-русски написано «молоко», пишет Elu24.

Двуязычие – это не что иное, как продолжение брежневской колонизации. Когда русских сюда вагонами завозили, им понастроили всякие Ласнамяэ и Ыйсмяэ, и там все должно было быть на двух языках.

Те русские, которые решили остаться в Эстонии, должны общаться на эстонском уметь обходиться эстонским
(отредактировано - перевод был неверный). То, что эстонцы маркируют продукты на русском, стыдно.

Эстонские дети массово учат в школе русский – зачем? Не надо сотрудничать с Россией, ни в политическом, ни в культурном плане!»


Что я могу сказать. Раньше Индрек таким не был. И, видимо, я войду в историю как единственный его переводчик на русский - эн лет назад я перевел его рассказ "Сестры" для сборника Леши Калугина "Новые марсианские хроники". Потом что-то с Индреком случилось, может, Бронзовая ночь его травмировала, может, еще что, но он сделался вот таким вот. Он был на "Эстконе" на этих выходных, и я подошел к нему и спросил насчет переводов на русский. Индрек сказал, глядя сквозь меня, что про "Сестер" не помнит ничего (ну дык - на эстонском они в этом году были в номинации; совсем не помнит, ага) и вообще не считает возможным публиковаться на русском, потому что не хочет поддерживать российскую экономику. Как кто-то сказал: "Индрек - это Лукьяненко наоборот".

Был еще эпизод, когда я пришел глядеть на свинью на вертеле, а Индрек сидел рядом за столом и говорил с еще одним фэном насчет того, есть ли "эстонские русские писатели". Индрек отрицал саму возможность такого дела и произнес сакральную фразу "Eesti on eestlaste maa", "Эстония - земля эстонцев". (Да, естественно, я говорил с ним по-эстонски. Я уважаю других людей, знаете ли. Но, как видим, у националистов это не взаимно.)

Видимо, теперь Индреку стыдно за публикацию "Сестер" на русском. Так получилось, что я его искусил и теперь буду вечным олицетворением его позора. Легендой больше, что.

При всем том Индрек Харгла - очень популярный писатель, пусть главным образом и благодаря нефантастической серии средневековых детективов про таллиннского аптекаря Мельхиора. Я когда-то хотел перевести его роман "Паломничество в Новый свет" - это альтернативка с участием Агриппы Неттесгеймского и Монтесумы (II? не помню). Теперь уже как-то и не хочу.

(Да, и, может, это лишнее, но мало ли: Харгла, как я понимаю, скорее исключение. Пусть и громкое. Как, в общем-то, и Лукьяненко.)
Subscribe

  • Иероглиф на стене

    Однажды ты ушел из дома туда, где всё так незнакомо, где Ривенделл и Дезирада, где что ни тропка, то награда в конце туннеля: боль ли, быль ли, где…

  • Фанфик

    На очень далекой планете свой коротает век ослепший, оглохший, обесчувствленный человек, связанный с миром через черные провода, и в голове его -…

  • Коан окна

    Тиха, темна моя обитель, как ночь темна. Влетает ангел-истребитель в коан окна, и бьет меня своей любовью двенадцать раз по циферблату изголовья сей…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 64 comments

  • Иероглиф на стене

    Однажды ты ушел из дома туда, где всё так незнакомо, где Ривенделл и Дезирада, где что ни тропка, то награда в конце туннеля: боль ли, быль ли, где…

  • Фанфик

    На очень далекой планете свой коротает век ослепший, оглохший, обесчувствленный человек, связанный с миром через черные провода, и в голове его -…

  • Коан окна

    Тиха, темна моя обитель, как ночь темна. Влетает ангел-истребитель в коан окна, и бьет меня своей любовью двенадцать раз по циферблату изголовья сей…