Angels Don't Speak Chinese (angels_chinese) wrote,
Angels Don't Speak Chinese
angels_chinese

Categories:

Неоконченная пьеса для музыкального автомата

Мне очень повезло: на прошедшем малабарском кинофестивале "Темные Ночи" я посмотрел фильм "Настройщик землетрясений" и поговорил с его режиссерами, братьями Стивеном и Тимоти Квэями. Фильм - чудесный. Братья - феерические :)

Все смешалось в фантасмагории братьев Квэй: живые музыкальные автоматы, безумные ученые, оперные представления, великие землетрясения, абсурд, кошмар и любовь...

Фильм "Настройщик землетрясений" ("The Piano Tuner of Earthquakes") представляли на фестивале "Темные Ночи" его режиссеры - Стивен и Тимоти Квэй, близнецы-аниматоры, широко известные в узких кругах ценителей необычного кино. Вообще-то братья Квэй известны как авторы десятка кукольных фильмов из разряда тех, что в советское время показывали ближе к ночи под рубрикой "мультфильмы для взрослых". "Настройщик" - всего лишь второй их фильм, в котором заняты живые актеры, но различить, где в нем заканчивается "кукольная" реальность и начинается "человеческая", очень непросто.



Остров доктора Дроза

Условный конец XIX века. Таинственный доктор Эммануэль Дроз, живущий затворником в необозначенной южной стране, убивает блестящую певицу Мальвину, чтобы затем оживить ее в собственном замке с непонятной пока целью.

Вскоре Дроз приглашает настройщика роялей Фелисберто Эрнандеса, дабы тот настроил семь музыкальных автоматов: близится некое "финальное представление", в котором эти автоматы должны быть задействованы. Не исключено, что это только предлог; во всяком случае, Ассумпта, домоправительница Дроза, называет Фелисберто "настройщиком землетрясений". Ему снятся сны, из которых следует, что музыкальные автоматы - не то, чем кажутся, ибо в них встроены человеческие органы. Он слышит по ночам прекрасное пение и наконец встречает на берегу океана Мальвину, впавшую в беспамятство. Ассумпта объясняет: певица тяжело больна, а Дроз - алиенист (так раньше называли психиатров) и ее лечит. Доктор, в свою очередь, предлагает настройщику стать одним из действующих лиц спектакля, в финале которого Мальвина исцелится...

Этим дело не ограничивается. Дроз вдруг рассказывает Фелисберто о безумных насекомых, обитающих в джунглях Южной Америки: "Будучи заражены падающими сверху ядовитыми спорами, эти насекомые сходят с ума и ползут по стволам деревьев вверх, чтобы умереть и стать новыми рассадниками спор". Зачем? И какое отношение все происходящее во владениях Дроза имеет к лиссабонскому землетрясению 1755 года, когда "грохот был слышен даже в Саламанке"? Фреска, изображающая это землетрясение, покрывает стену домика Эрнандеса, и Ассумпта утверждает, что три изображенных на ней человека - это она, доктор и настройщик. А чем заняты шесть слуг Эммануэля Дроза, "садовники", дни напролет совершающие под команды доктора странные телодвижения?

Все темы сводит воедино страшный финал. Эрнандес настроит шесть автоматов - и расстроит седьмой, частью которого является. Ужасные споры вырвутся наружу, словно конфетти, которые разбрасывают над театральной сценой. Земля содрогнется, чтобы разрушить замок Дроза и погрести под руинами мечты и мании его обитателей.



Гейбриэл для денег, Булгаков для души

Странные автоматы появляются во многих мультфильмах братьев Квэй. Экспериментировать с кукольной анимацией они начали еще во время учебы в Королевском колледже искусств в Англии: "Мы изучали графику и рисунок, но нас угнетала замороженность, статичность образа. Мы хотели играть с движением, светом, музыкой, но, будучи людьми робкими и застенчивыми, сначала решили оживить куклы. Декорации кукольного мультфильма умещаются на небольшом столе, на съемках возникает очень камерная атмосфера, можно ставить эксперименты, пока не получишь тот результат, что тебе нужен... А еще - мы не хотели, чтобы наш фильм провалился. О своих неудачах мы желали узнать первыми".

Система координат вселенной братьев Квэй, мягко говоря, неортодоксальна и непривычна. Они росли на музыке Джими Хендрикса, Фрэнка Заппы и THE DOORS, парадоксальным образом ("через черный ход!") открыв через Заппу Игоря Стравинского и Эрика Сати. Они считают лучшими режиссерами всех времен и народов чешского кукольника Яна Шванкмайера, Довженко, Параджанова и Тарковского - но только раннего, вплоть до "Андрея Рублева"; единственный американец в этом списке - Орсон Уэллс, да и тот, замечают братья, уехал в Европу. Спросишь их о значимых писателях - и слышишь в ответ: "Булгаков! О, "Мастер и Маргарита"! Замечательный, бесподобный роман!" И далее - Франц Кафка, Хулио Кортасар, Габриэль Гарсия Маркес, а также писатель, которого Маркес считает своим учителем, Фелисберто Эрнандес. В его честь назван и главный герой "Настройщика землетрясений".

Свои мультфильмы Стивен и Тимоти Квэй снимали и снимают вопреки буквально всему: "Рынок для кукольных короткометражек в Англии практически исчез - ими не интересуются ни телеканалы, ни Британский институт кино". На жизнь и на студию братья зарабатывают режиссурой рекламных роликов и видеоклипов - блестящим видео на песню "Sledgehammer" Питер Гейбриэл обязан в том числе им.

Идея снять фильм с живыми актерами посетила Квэев еще в середне 1980-х, но деньги на картину "Институт Бенъямента" (1995) они искали десять лет. Столько же продлились поиски финансов для "Настройщика землетрясений". "Это уже традиция, - грустно шутят братья, - раз в десять лет мы снимаем фильм..." Спонсоры отвергали сценарий "Настройщика" семь лет, и тут продюсеру братьев пришла в голову счастливая мысль предложить синекуру исполнительного продюсера ленты режиссеру Терри Гиллиаму ("Страх и отвращение в Лас-Вегасе", "Двенадцать обезьян", "Братья Гримм"). Гиллиам, давний поклонник таланта Квэев, назвавший их "Улицу крокодилов" одним из десяти лучших мультфильмов XX века, согласился. Магия имени сработала: деньги моментально нашлись и у немцев, и у французов, и у японцев. "Гиллиам - великодушный человек. Нам нравится то, что он делает, и мы на его стороне в битве с Голливудом".



Победа в механическом сне

"Идея была - написать сценарий, в котором кукольное действие внутри музыкальных автоматов и реальность переплетались бы. С этого все и началось". Братья Квэй говорят, что "Настройщик землетрясений" - это магический реализм, как и романы того же Маркеса, и рассказы Кафки вроде "В поселении осужденных": в фильме есть место для метафоры, иносказания, притчи, зашифрованных посланий, черного юмора, ощущения невидимого таинства. Чудесное сплетается с обыденным так, что с первого взгляда не отличишь, что есть что.

Диалоги в фильме и вправду потрясающие. Эрнандес ничтоже сумняшеся объявляет Дрозу: "В моем роду мужчины никогда не имели детей". "Но как же вы рождались?" "А это, - говорит настройщик с загадочной улыбкой, - есть тайна наших святых матерей..." Может быть, он шутит. Может быть, серьезен. Зрителю этого никогда не узнать.

Неопределенность здесь очень важна. "Представьте, что вы идете по лесу и понимаете, что заблудились; кто-то запаникует, а кто-то придет в восторг. Или: представьте, что вы стоите на берегу моря, видите лишь волны, но ощущаете, что под ними, в морских глубинах, таятся неисчислимые чудеса. Так и с нашим фильмом. Зрители нервничают, они хотят понять, что же все это значит. Но ведь в жизни нам не обязательно даже слышать, о чем говорят люди, чтобы уловить, что именно происходит. Бастер Китон нам милее Чарли Чаплина, он реагирует на то, что с ним случается, без гримас, даже не улыбаясь. Зритель должен дешифровать его реакцию, разгадать значение его взгляда - и понять, что невозможно разгадать и проконтролировать все. Дроз думает, что у него все под контролем, но тут прибывает Фелисберто - и театральное землетрясение превращается в настоящее..."

Метафора должна оставаться открытой, чудо - необъясненным. Затем, видимо, и нужно снимать притчи об абсурде и безумии, что истина нелогична и непохожа на стандартные хэппи-энды голливудских фильмов. "Да, Дроз выиграл, а Фелисберто проиграл, он погребен с Мальвиной под скалами. И тем не менее он - рядом с ней, они навсегда запечатлены в механическом сне шестого музыкального автомата. Хотя Фелисберто - не более чем отражение в зеркале, хотя его победа свершилась лишь в воображении, это все равно победа".
Subscribe

  • Звуки железной дороги

    В небе сияет прямоугольно луна поворотного крана. Я пью чай в два часа ночи, не отрывая глаз от экрана. Когда засыпаешь, бывают слышны звуки железной…

  • Lord I'm One Lord I'm Two

    Я найду в краю невзгод самый быстрый звездолет и на нем умчусь в чернеющий зенит. Эта мертвенная даль растворит мою печаль, всё уймет, но ничего не…

  • Мэрион Бернстайн "Сон"

    [Мэрион Бернстайн (1846-1906) – дочь немецкого еврея, эмигрировавшего в Лондон, и англиканской матери. Отец рано прогорел и умер, когда Мэрион было…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments

  • Звуки железной дороги

    В небе сияет прямоугольно луна поворотного крана. Я пью чай в два часа ночи, не отрывая глаз от экрана. Когда засыпаешь, бывают слышны звуки железной…

  • Lord I'm One Lord I'm Two

    Я найду в краю невзгод самый быстрый звездолет и на нем умчусь в чернеющий зенит. Эта мертвенная даль растворит мою печаль, всё уймет, но ничего не…

  • Мэрион Бернстайн "Сон"

    [Мэрион Бернстайн (1846-1906) – дочь немецкого еврея, эмигрировавшего в Лондон, и англиканской матери. Отец рано прогорел и умер, когда Мэрион было…