Category: игры

Category was added automatically. Read all entries about "игры".

道

Левый берег

Через полчаса я буду сидеть в Люксембургском саду
В аду,
Под навесом укрывшись от теплого полусухого дождя
И ждя
Непонятно чего в компании двух шахматистов и старика,
Пока
Мне парижское небо внушает сквозь серо-слякотный тлен
Дзэн.

А сейчас, ковыляя под этим дождем, голодный и злой,
Но свой
В этом городе тесном, грязном и неуловимо родном,
Пешком,
Потому что в кармане ни су, я иду на надцатый круг
И вдруг
Попадаю на перекрестье рю Вожирар и бульвара Распай
В рай.

Из полуденной хмари и гари рождается запах твоих духов -
Без слов
Телеграмма с другого конца бесконечно влюбленного бытия,
И я
Шкандыбаю по аду, пока у Сите не встречаюсь с рекой,
Строкой
Все бегущей туда, где заблудшим возводишь такие мосты
Ты.
道

Почему надо смотреть анимэ на японском

Первая серия "Космического Денди" вышла почти одновременно на английском (на день раньше) и японском. Там есть такая сцена: в космическом breastоране "СИСЬКИ" (BOOBIES) к герою подходит официантка Хани и спрашивает, чем он занимается.



По-японски Денди говорит: "Угадай. Начинается на "у"..." Хани: "Удзимуси?!" Удзимуси - это червяк, и тут уместно было бы перевести "земляной червяк", потому как это еще и обзывательство. Денди поправляет: он утю:дзин-ханта, охотник на инопланетян.

По-английски Денди говорит: "Угадай. Начинается на "а"..." Хани: "Asteroid belt?" Пояс астероидов, ага. Денди ее поправляет: он alien hunter.

То, что смешно по-японски, по-английски - никак.

Интонации в англоверсии, кстати, убиты напрочь.
医者

Дождь за стенами Тампля

Еще вчера утром эти кроссовки шагали по мосту между Сёдермальмом и Гамла Станом, там, где лестница к парому на Юргорден через Шеппсхольм. А вчера вечером они бежали мимо привычных эстонских лесов. Мир становится уже, но не становится ближе.

Между тем завтрак, дождь и пахота. Всем доброе утро.
道

Фантлаб-Конвент, Part 3: Время Банановой Шкурки Пришло! ОМММММММ!..

На чем мы остановились? Была ночь! И каждый, не исключая вашего покорного, тащил холодное и напитки с праздничного стола в уютные норки нумеров (на фотке - suhan_ilich и выпадающая колбаса):



Collapse )
道

Устал листать френдленту

И бросил это дело.

Ну, в общем, что. Господу было угодно, чтобы на днях эсквайры попали в Москву (крайне эпизодически) и в российскую провинцию, где анимешники такие суровые, что считают "Евангелион" немодным старьем, но при этом носят абсолютно евангелионические прикиды.

Я видел гауссиану метро. Меня учили Пути Рюкзака. Возможно, что я еще напишу по сему поводу "Безалкогольную лирическую". А может, и не напишу. Как получится.

Я видел "Generation П" (фильм) и весьма им восхитился. Единственное - я понимаю, что сценарий писал Виктор Шендерович, и эмблема старого НТВ перекочевала в кино чучелком, а Фарсейкин стал похож на Киселева (что, видимо, должно что-то сказать нам об отношениях Шендеровича и Киселева, но это мне не интересно). При таком раскладе Азадовский начинает напоминать Гусинского. Мне же всегда грешным делом казалось, что Азадовский - это такой Павловский с его Институтом ФЭПоводства. А Татарский (кстати) - альтернативный Пелевин, свернувший по кармическому дереву сильно не туда. А еще я понял, что одну аллюзию в романе профукал: "глаз в телевизоре" (= "Amused to Death" Уотерса и смерти из рассказа Борхеса) очевидным образом подверстывается к "this game has no name" (= "and did we tell you the name of the game, boy?..", текст Уотерса же).

Еще я видел (кроме прочего) "Скотта Пилигрима" и вполне этот замечательный фильм про очень важную штуку осознал.

Про День Победы у нас тут, если будет возможность, вечером.

И хокку за пропущенные дни тоже будут, не надейтесь.
道

И еще про "Иерусалимский покер" Эдварда Уитмора

Прочитал половину и продолжаю читать когда могу - запоем. Хотя (для моего викторианского сознания) Уитмор слишком много внимания уделяет плотскому. Другое дело, что ему, как Майклу Муркоку, Питеру Гринуэю и Стиву Эриксону, я все прощаю, потому что эти люди творят ради чего-то большего.

В "Синайском гобелене" (я уже писал) Стронгбоу олицетворял собой реальное викторианство - при всей внешней несхожести с нынешними представлениями о предмете: родился в один год с будущей королевой, умер в год начала Великой войны, которая де-факто была концом эпохи. В "Иерусалимском покере" Нубар Валленштейн олицетворяет собой, кажется, фашизм. Увлечение неким тайным знанием, стремление повсюду увидеть заговор, непременная юдофобия, легкое сумасшествие, тяготение к яркой униформе, совращение детей. То, что делали фашисты, много хуже, хотя и описывается теми же словами в зачастую переносном значении. И эпизод с Махмудом неслучаен (приходит на память Ночь длинных ножей), как неслучайно АА напоминает СС.

Кстати о Гринуэе: на малабарский кинофестиваль "Темные ночи" везут фильм маэстро "A Life In Suitcases", являющий собой переработанную и слегка дополненную выжимку из трилогии о чемоданах Тальса Люпера. Я все еще надеюсь однажды каким-то чудом пересмотреть все три фильма плюс бонусы, что в сумме тянет часов на семь-восемь экранного времени. Но и "Жизнь в чемоданах" намерен не пропустить - все-таки Гринуэй :)
道

Моя звезда - Сад-ад-Забих! ;)))

И это я скажу вам безо всякого квиза :Р

nale справедливо указывает на то, что Сад-ад-Забих есть не звезда, но созвездие. Значит, мои звезды - Сад-ад-Забих ;Р Все равно без квиза! ;)
道

My Eccentric Game

Из всех знакомых мне одиночеств я выбираю где понадежней....
Константин Арбенин


Все это случилось века назад и не совсем с нами.
Я создал тогда сияющий сад, где складывал оригами,
искал на картах страну Офир, читал и писал сутры -
и возвращался в страдающий мир следующим утром,

прокладывал новыми строфами тропы в джунглях забытых систем
и на себе познавал катастрофы и сверхпроходимость стен.

Мое простечество, мой crossfire обжитых цивилизаций,
закрытый на Логос секретный файл кармических итераций,
моя эксцентрическая игра, гарантия от одиночеств,
забытая кэрроллова нора проверенных нами пророчеств:

дойти до Бога - почти пустяк, не знать бы только путей,
чтоб каждый первый дорожный знак стал знаком благих вестей.

Когда впереди - зыбучий песок, когда вся надежда скисла,
спасибо, мой запад и мой восток, за дао и здравость смысла.
И я ничего не придумал: мой сад живет равно явью и снами;
все это и правда века назад случилось именно с нами,

я только хотел, чтоб над битвой теней горели огни звездных вех,
и чтобы на шахматных досках дней сердце двигалось вверх.