Category: история

道

Баллард всегда живой

"The High-Rise" - великолепное кино, и неясно только, за что его называют science fiction: это аллегория, такая же, как "Глориана" Муркока, причем не только аллегория капиталистического общества вообще (низы, верхи, революционная ситуация по Ленину, скотство человеческой натуры в принципе, кризис, классовая война), но и частная аллегория Великобритании первой половины 1970-х - что, я полагаю, было очевидно всякому в то время, а сегодня как-то забылось. Например, отключения электричества, с которых все начинается, - это толстая аллюзия на знаменитые electricity blackouts в январе-марте 1974 года, когда ввиду кризиса Великобритания была переведена на трехдневную рабочую неделю (а в это время в СССР никто и не подозревал о том, что есть "кризис": наглядное свидетельство того, что по временам социализм все-таки полезнее капитализма). Фильм аллегоричен от и до, включая финал - мы слышим отрывок из речи Тэтчер про ужасы государственного капитализма и видим откровенно метафорические мыльные пузыри (с них начинался "Уолл-стрит 2" Оливера Стоуна).

И мне, конечно, хотелось бы думать, что вода камень точит и фильмы вроде этого убедят хоть кого-то в том, что свободный рынок всегда заканчивается кризисом и бойней скотов. Но увы: сорок лет прошло после публикации романа, и мы живем в худшем обществе (в Эстонии - в куда худшем), и что делать - не очень ясно.
道

Любовь к Родине (или Почему я космополит)

Только что пришли две роскошные ирландские книжки. В одной из них (Great Irish Reportage, сборник лучших статей с 1922 по 2012 годы) в тексте драматурга Дениса Джонстона "Бухенвальд" (1945) я с некоторым удивлением читаю, что знаменитая надпись JEDEM DAS SEINE, "каждому свое", помещается на внутренних воротах концлагеря.

А на внешних помещается или помещалась другая надпись:

RECHT ODER UNRECHT - MEIN VATERLAND

"Права или нет, Родина есть Родина".

Как пишет Джонстон: "Выходит, в чьем-то мозгу все-таки зародилось сомнение в правильности или неправильности этого места!" И, в общем, это характерно, что и известна надпись меньше, и что ее ворота главнее. "Каждому свое" - это попытка взять на себя функции Бога, переформулированное "Мне возмездие, и Аз воздам", мол, здравствуйте, мы ваша карма. Но Родина важнее какого-то там Бога. И поскольку для многих она до сих пор важнее чего угодно, цитируется это дело меньше.

У нас, кстати, появилась петиция в защиту поминавшегося тут чуть ранее Рейтельманна, который всех русских Эстонии скопом оскорбил. Там так и говорится (с орфографической ошибкой в эстонском): "Можно ли вообще карать за национализм, за то, что человек любит Родину?" И все подписанты такие: "Нет, нельзя! Никак нельзя!"

Так и Гитлер страсть как Родину любил, чо.
道

Трансляйтерскоэ

Слушайте, вот вышел по-русски Чайна Мьевиль, "Railsea", переведено фонетически "Рельсы" (внутри Рельсоморье), но вопрос не в этом.

Там герои передвигаются на транспортном средстве, зовомом "Medes". По-русски это в переводе "Мидас". А почему "Мидас"? Златорукий царь будет Midas, как ни странно, а Medes - это племя мидийцев, ну или мидян.

И понятно, в чем тут фишка: "Railsea" в том числе про "Моби Дика", который тут зовется Mocker-Jack (как в переводе, не знаю), потому и герой Shamus (Ишмаэль), и капитан Abacat (Ахав). Ахав был капитаном "Пекода", а Pequod - это искаженное Pequot, алгонкинское племя пекотов. (Есть еще Pekod, арамейское племя Пеход, зашифрованное, как считается, в Иер. 50:21: "Иди на нее, на землю возмутительную, и накажи жителей ее..." - глагол "наказывать" будет pqd без огласовок, пишут умные люди. Ср. Иез 23:23, где Пеход упоминается as is.)

То бишь - там "Пекод", а тут "Мидиец" или как-то так.

Но, может, там в тексте есть что-то про Мидаса? Я не читал пока. Вдруг есть?
道

Ирландские мотивы

На прошлой неделе назвал статью про ужасную постановку на музыку Арво Пярта "Невыразимость невыразимо невыразимого за миллион евро". Сижу тут, листаю Джойса и натыкаюсь на "Constitution of the Constitutionable as Constitutional". Видимо, я где-то все-таки ирландец.

И еще вот - случайность рифмы, или "какую биографию делают нашему рыжему!":



В целом, я бы сказал, tá an lá garbh agus fuar, и tá an fear tuirseach, но в целом airím chugam féin!
道

Радио "Малабар" (part two)

Часть вторая, всякая.

Отаку.ру. Надеюсь, однажды ресурс возродится.

"Мир Фантастики".


В мартовском номере:

- огромная (I mean it) статья про китайскую фантастику «Фантаст в Китае больше, чем фантаст». 14 полос, кажись, около полутора авторских листов. Всё, что вы хотели знать про, но не умели прочесть иероглифами. Остается добавить, что соответствующие доклады были не без успеха отчитаны на русском (на «Фантассамблее» в прошлом августе) и английском (на минувшем «Евроконе»). Отрывок:

Collapse )

- а также интервью с ведущим китайским фантастом Лю Цысинем «Эпоха перемен - хорошее время для фантастов». Так получилось, что я перевел это ответы с китайского, потому что господин Лю прислал их, сами понимаете, не на английском. И в редакции строго так сказали: ты думаешь, кто их нам будет переводить?.. «А гоп со смыком - это буду я». Ну я чо, я могу и с китайского, если очень надо. При помощи «Вэньлиня» и такой-то матери. Определенно это не последний перевод с китайского - меня тут уже поймали на живца, хых;

- а также - наконец-то! после полутора лет ожидания! трумбаду-трумбада! - статья «Александр Мирер. Властелин скитальцев». Компактный, но, честно говоря, важный для меня текст о творчестве Мирера (одного из великих недооцененных и, честно говоря, невовремя остановившихся, судя по «Острову «Мадагаскар»» и «Мосту Верразано»), структурированный особым образом.

Все выложенные статьи для "МФ" см. вот тут. Прибавилось интервью с Катей Гопенко, лидером группы «Немного Нервно», чьи песни, я подозреваю, in my heart forever.

Заказчикам сдано:

- закончен перевод романа Рейна Рауда «Реконструкция» (с эстонского), о чем подробнее вот тут можно прочесть, сейчас идут шлифовочные работы;

- еще я написал для одного проекта большую хорошую статью про смерть Алана Тьюринга, а проект возьми и не состоись, но это ничего - я считаю, что с огромной пользой провел время, потому что Тьюринг же.

Вышли книжки:



Это была долгая эпопея со всех сторон, в том числе, увы и увы, с моей, но - наконец-то роман «Пять сантиметров в секунду» Макото Синкая в переводе с японского вашего непокорного добрался до читателя. Это _не_ новеллизация соответствующего анимэ, а, напротив, текст, который существенно дополняет и объясняет фильм Синкая, а тот делает то же самое с книгой. Инь и ян такие. Третья часть анимэ, как мы помним, дана пунктирно, в романе же, наоборот, все описывается подробно. Трактовка последнего кадра вообще... Короче, надо читать. Судя по уже имеющимся отзывам, перевод удался (в том числе благодаря редактору, как всегда), хотя несколько опечаток бдительный читательский патруль все-таки отловил.

Попал под лошадь:

- на «Евроконе» занял, судя по словам со сцены, второе место в номинации «Критика. Бублицистика» со статьей про Эда Гамильтона. Не расстроился. Статьей по-прежнему горд;

- и еще второе место на конкурсе французских стихов «Весна поэтов», подробнее тут. Я давно говорю, что я у нас как Пауль Керес, igavene teine - вечный второй :)

- моя хорошая знакомая Ван Каньюй написала статью на китайском в том числе про ёрз трули. Я ее еще не читал, честно говоря. Боюсь иероглифов :)))

- попавшиеся на глаза отзывы: на «Зов моря» Дрю Вэйнга и на «Безумное малабарское чаепитие» (внезапно и проникновенно);

- и вот еще что: в 2005 году православный журнал «Альфа и Омега» напечатал «День без Бога» с таким блестящим комментарием, что я сам диву дался. Оказывается, то и другое выложено в Сети. Чему я очень-очень рад.

Несбывшееся:

Вышла вот такая книга Филипа К. Дика, и я думал какое-то время, что туда вошли мои переводы трех рассказов - «Чуждый разум», «Око Сивиллы» и «История - венец всех историй». Краткие разыскания показали, что этого не случилось и переводы эти, оплаченные и все такое, запропали где-то по дороге. Ну окей, чего.

Эсквайры на видео:

- предвыборные русские дебаты, /me ведет с 40.00 примерно;

- «Субботея» про всякую японщину, /me где-то с 2.40.

Новых стихов:

History's For Fools
Плохие новости, Экселенц
«Santiano» dans le métro (фр.)
Как я теперь люблю
Конец биографии
Переводчику
Сквозь призму чая
Ukiyo (англ.)

boywhodied: Весьма Летучий Цирк "Два Попугая" (ёрз трули & tinabits): you have no idea :Р

Оставайтесь с нами.
アグリッピン

Дневное чтение: oh, we know the culture war, или У поэтов есть такой обычай

История противостояния консервативных и новаторских взглядов на поэзию начинается во второй половине XI века, с противостояния между поэтами Фудзивара-но Мититоси и Минамото-но Цунэнобу. Мититоси считался консерватором, Цунэнобу - новатором. Основная интрига состояла в том, кто станет составителем четвертой императорской антологии, составление которой было инициировано в 1075 году императором Сиракава. Победил Мититоси, именно он был назначен составителем антологии "Госюи вакасю" ("Госюисю", "Второй изборник"). Когда Мититоси начал составлять антологию, ему было всего 28 лет. Цунэнобу критиковал своего поэтического соперника в работе "Нангосюи" ("Критика Госюисю").

К новаторам относится и сын Цунэнобу - Минамото-но Тосиёри. Его соперником, защищавшим консервативные взгляды, был Фудзивара-но Мототоси... Тот же император Сиракава, который был инициатором четвертой императорской антологии, уже после ухода с престола поручил составление следующей антологии "Кинъёсю" Тосиёри. Приказ о создании антологии был издан в 1124 году. Составление антологии было закончено в 1127 году, императором была одобрена лишь третья редакция. "Кинъёсю" - одна из самых коротких императорских антологий. При ее составлении столкнулись "радикальные" взгляды Тосиёри и консервативные Сиракава. В результате, хотя в антологию отобраны в основном современные "поэты-новаторы", они были представлены стихотворениями в традиционном стиле. Тосиёри праздновал победу над своим поэтическим соперником Мототоси: он включил в антологию 37 своих песен и всего три (!) Мототоси.


Это из вступительной статьи М.В. Торопыгиной к "Запискам без названия" Камо-но Тёмэй, которые (в одном томе с "Беседами с Сётэцу") я приобрел накануне Брюсселя.

Откуда видно, что люди ни в какой культуре, ни с каким языком в башке, ни в какой период истории не меняются.

Всюду наблюдаются противоположность единств и единство противоположностей (с)
やれやれ

"Чайлд 44", ненаучная фантастика

Сходили с Аленой the_mockturtle на запрещенный в России фильм "Чайлд 44", снятый голливудскими кинематографистами в жанре альтернативной истории (и немного альтернативной географии).

Если коротко, действие этого остросюжетного детектива происходит в альтернативном СССР, где Иосиф Сталин, рабочий ростовского тракторного завода "Ростсельмаш" (на этом заводе в кабинете главного свистуна висит на доске почета его портрет), провозгласил великий магический принцип: "В раю [СССР] убийств нет".

Что характерно, их, видимо, и правда нет. Во всяком случае, они не расследуются. То есть, пардон, расследуются, но как бы и не расследуются. По каждому факту смерти отыскивается человек, которого тут же без суда и следствия отправляют в теплушке вместе с зэками и гражданскими лицами в ГУЛАГ, расположенный где-то в районе обильного произрастания папоротников в сугубо тропическом климате. Однако есть картотека убийств, очень маленькая и тоже немного альтернативная - буква "Ж" там приклеена кверх ногами. Картотека заколдована. Читать тамошние дела может только специально обученный человек, которого надо вызывать.

Так или иначе, отдела расследования убийств в этом СССР к 1953 году нет - таковой отдел создается в финале по почину главного героя, лично нашедшего маньяка-убийцу более сорока детей.

В фильме действуют известные исторические лица, которые, как и положено в альтернативной истории, занимаются альтернативными делами. Так, поэт Бродский здесь - ветеринар и одновременно британский шпион, работающий на владелицу кота Анну Ахматову (в нашей реальности тоже известную поэтессу). Некто Варлам (очевидно, Шаламов) - дебильный неделиктоспособный мальчик, живущий в городе Вольске, о котором ниже. Автор "Черного квадрата" Малевич - искомый маньяк-убийца.

В этой реальности Малевич стал маньяком сразу по трем причинам. Во-первых, он пережил Голодомор, что автоматически превратило его в монстра. Во-вторых, во время войны он был хирургом и два года провел у немцев в качестве военнопленного. В-третьих, он принадлежал к оставленным Гитлером диверсионным группам, у членов которых Гитлер при помощи особого препарата вызвал пристрастие к детской крови.

Поэтому маньяк Малевич, начальник цеха завода "Ростсельмаш" (в этой реальности все его рабочие ходят в одеждах крепостных, но ездят на шикарных машинах), часто катаясь по работе по России (в этой реальности начальники цехов вынуждены много ездить по России), убивает то тут то там мальчиков, вырезая у них органы и топя где-то, а потом бросая голыми, но с документами, в лесу.

Где именно Малевич топит свои жертвы - нам намекают в сцене, в которой маньяк оказывается шизофреником и сам себя пытает водой. Такова экзотическая пытка autowaterboarding: молишься Сталину, кладешь на лицо тряпку, выливаешь на себя ведро воды, глотаешь ее, сам себя душишь и получаешь, надо думать, удовольствие. Видимо, в ведре топят и мальчиков.

Отдельного внимания заслуживает скромный провинциальный город Вольск - огромный промышленный гигант, расположенный в 50 километрах от города Тобол (sic) где-то между Москвой и Ленинградом, недалеко от Ростова и паровозного пути в ГУЛАГ среди папоротников.

В городе Вольске образца 1953 года есть две достопримечательности - фрейдистские трубы, торчащие тут и там из серого индустриального пейзажа а-ля Корускант, и разветвленнейшая тайная сеть гомосексуалистов. Возможно, Вольск стал меккой советских геев именно ввиду торчащих из него труб. В обычной жизни гомосексуалисты носят поддевки и прочую простую советскую одежду, но на свидания одеваются в костюмы и плащи. Свидания проводятся в лесу, на сырой земле. В середине фильма одну из достопримечательностей Вольска уничтожают.

Вокзал Вольска, куда то и дело прибывает паровоз, освещен чуть ли не керосиновыми лампами.

Другой промышленный гигант - уже упоминавшийся Ростов с его крупнейшим в мире тракторным заводом "Ростсельмаш". Этот завод славен в том числе тем, что на нем есть должность главного свистуна. Это человек в белом халате со свистком на веревочке. Кому и зачем он свистит - из фильма неясно. На стене отдельного кабинета главного свистуна висят принтерные распечатки с мощностями электростанций СССР и портрет передовика производства Сталина.

Альтернативная Россия здесь испытала явное влияние Китая, благодаря чему ориентация на местности идет по сторонам света (вывеска "Московский вокзал. Восточный выход"), а также была оккупирована, видимо, Великобританией: все герои фильма говорят на ломаном английском с сильным русским акцентом, иногда вспоминая полузабытые русские слова. Типичный диалог в школе, куда сотрудники МГБ пришли брать учительницу:

Директор школы: Gentlemen, please...
Сотрудник МГБ: Не твое дело, сука!..

МГБ успешно вкалывает всем арестованным сыворотку правды, после чего расстреливает их прямо во дворе. Там для этого установлена специальная стенка с потеками крови. Правда, в последнее время расстреливают все чаще посреди двора, чтобы кровь до стенки не долетала - и так уже все заляпано, сколько можно, товарищи.

При этом религия в СССР процветает: главгерой является крестным отцом сына своего товарища, хотя оба они работают в МГБ. Все бабы носят платки. Закосить под простого можно, переодевшись Гаврошем.

Герои фильма обладают экстрасенсорным свойством, которое мы окрестили словом "дедукция". Так, руководитель милиции провинциального города Вольска, генерал Нестеров, глядя на свежеобнаруженный труп мальчика, сразу понимает, что у мальчика вырезали какие-то органы. Затем происходит следующий диалог с судмедэкспертом:

- Мне кажется, это мальчик из приюта.
- А мне кажется, что у мальчика есть брат-близнец.
- Определенно, этот близнец будет полезен при в опознании.

К счастью, сцену сверки советской милицией трупа с его близнецом нам не показывают.

Финал выдает знакомство авторов фильма с "Местом встречи...", но еще до того нам показывают удачную пародию на "Кавказскую пленницу" ("Вы, Демидов, садитесь". - "Спасибо, товарищ генерал, я постою").

Да, забыл сказать: протагонист Лев Демидов ("Я назову тебя Лев. Это значит "лев"", - говорит ему приемный отец в начале) - один из двух солдат, водрузивших советский флаг на Рейхстаге. Второй - его будущий сослуживец по МГБ, наворовавший у мертвых немцев в Рейхстаге часов и все их носивший на одной руке. Особист в черной кожанке, фотографировавший водружение флага, приказал ему их снять, но он не снял, а особист так его и зафотографировал.

Рекомендуется всем любителям альтернативной советской истории и тем счастливым молодым людям, которые не жили в СССР, но хотят знать, какая кошмарная это была страна.