Category: криминал

やれやれ

"Чайлд 44", ненаучная фантастика

Сходили с Аленой the_mockturtle на запрещенный в России фильм "Чайлд 44", снятый голливудскими кинематографистами в жанре альтернативной истории (и немного альтернативной географии).

Если коротко, действие этого остросюжетного детектива происходит в альтернативном СССР, где Иосиф Сталин, рабочий ростовского тракторного завода "Ростсельмаш" (на этом заводе в кабинете главного свистуна висит на доске почета его портрет), провозгласил великий магический принцип: "В раю [СССР] убийств нет".

Что характерно, их, видимо, и правда нет. Во всяком случае, они не расследуются. То есть, пардон, расследуются, но как бы и не расследуются. По каждому факту смерти отыскивается человек, которого тут же без суда и следствия отправляют в теплушке вместе с зэками и гражданскими лицами в ГУЛАГ, расположенный где-то в районе обильного произрастания папоротников в сугубо тропическом климате. Однако есть картотека убийств, очень маленькая и тоже немного альтернативная - буква "Ж" там приклеена кверх ногами. Картотека заколдована. Читать тамошние дела может только специально обученный человек, которого надо вызывать.

Так или иначе, отдела расследования убийств в этом СССР к 1953 году нет - таковой отдел создается в финале по почину главного героя, лично нашедшего маньяка-убийцу более сорока детей.

В фильме действуют известные исторические лица, которые, как и положено в альтернативной истории, занимаются альтернативными делами. Так, поэт Бродский здесь - ветеринар и одновременно британский шпион, работающий на владелицу кота Анну Ахматову (в нашей реальности тоже известную поэтессу). Некто Варлам (очевидно, Шаламов) - дебильный неделиктоспособный мальчик, живущий в городе Вольске, о котором ниже. Автор "Черного квадрата" Малевич - искомый маньяк-убийца.

В этой реальности Малевич стал маньяком сразу по трем причинам. Во-первых, он пережил Голодомор, что автоматически превратило его в монстра. Во-вторых, во время войны он был хирургом и два года провел у немцев в качестве военнопленного. В-третьих, он принадлежал к оставленным Гитлером диверсионным группам, у членов которых Гитлер при помощи особого препарата вызвал пристрастие к детской крови.

Поэтому маньяк Малевич, начальник цеха завода "Ростсельмаш" (в этой реальности все его рабочие ходят в одеждах крепостных, но ездят на шикарных машинах), часто катаясь по работе по России (в этой реальности начальники цехов вынуждены много ездить по России), убивает то тут то там мальчиков, вырезая у них органы и топя где-то, а потом бросая голыми, но с документами, в лесу.

Где именно Малевич топит свои жертвы - нам намекают в сцене, в которой маньяк оказывается шизофреником и сам себя пытает водой. Такова экзотическая пытка autowaterboarding: молишься Сталину, кладешь на лицо тряпку, выливаешь на себя ведро воды, глотаешь ее, сам себя душишь и получаешь, надо думать, удовольствие. Видимо, в ведре топят и мальчиков.

Отдельного внимания заслуживает скромный провинциальный город Вольск - огромный промышленный гигант, расположенный в 50 километрах от города Тобол (sic) где-то между Москвой и Ленинградом, недалеко от Ростова и паровозного пути в ГУЛАГ среди папоротников.

В городе Вольске образца 1953 года есть две достопримечательности - фрейдистские трубы, торчащие тут и там из серого индустриального пейзажа а-ля Корускант, и разветвленнейшая тайная сеть гомосексуалистов. Возможно, Вольск стал меккой советских геев именно ввиду торчащих из него труб. В обычной жизни гомосексуалисты носят поддевки и прочую простую советскую одежду, но на свидания одеваются в костюмы и плащи. Свидания проводятся в лесу, на сырой земле. В середине фильма одну из достопримечательностей Вольска уничтожают.

Вокзал Вольска, куда то и дело прибывает паровоз, освещен чуть ли не керосиновыми лампами.

Другой промышленный гигант - уже упоминавшийся Ростов с его крупнейшим в мире тракторным заводом "Ростсельмаш". Этот завод славен в том числе тем, что на нем есть должность главного свистуна. Это человек в белом халате со свистком на веревочке. Кому и зачем он свистит - из фильма неясно. На стене отдельного кабинета главного свистуна висят принтерные распечатки с мощностями электростанций СССР и портрет передовика производства Сталина.

Альтернативная Россия здесь испытала явное влияние Китая, благодаря чему ориентация на местности идет по сторонам света (вывеска "Московский вокзал. Восточный выход"), а также была оккупирована, видимо, Великобританией: все герои фильма говорят на ломаном английском с сильным русским акцентом, иногда вспоминая полузабытые русские слова. Типичный диалог в школе, куда сотрудники МГБ пришли брать учительницу:

Директор школы: Gentlemen, please...
Сотрудник МГБ: Не твое дело, сука!..

МГБ успешно вкалывает всем арестованным сыворотку правды, после чего расстреливает их прямо во дворе. Там для этого установлена специальная стенка с потеками крови. Правда, в последнее время расстреливают все чаще посреди двора, чтобы кровь до стенки не долетала - и так уже все заляпано, сколько можно, товарищи.

При этом религия в СССР процветает: главгерой является крестным отцом сына своего товарища, хотя оба они работают в МГБ. Все бабы носят платки. Закосить под простого можно, переодевшись Гаврошем.

Герои фильма обладают экстрасенсорным свойством, которое мы окрестили словом "дедукция". Так, руководитель милиции провинциального города Вольска, генерал Нестеров, глядя на свежеобнаруженный труп мальчика, сразу понимает, что у мальчика вырезали какие-то органы. Затем происходит следующий диалог с судмедэкспертом:

- Мне кажется, это мальчик из приюта.
- А мне кажется, что у мальчика есть брат-близнец.
- Определенно, этот близнец будет полезен при в опознании.

К счастью, сцену сверки советской милицией трупа с его близнецом нам не показывают.

Финал выдает знакомство авторов фильма с "Местом встречи...", но еще до того нам показывают удачную пародию на "Кавказскую пленницу" ("Вы, Демидов, садитесь". - "Спасибо, товарищ генерал, я постою").

Да, забыл сказать: протагонист Лев Демидов ("Я назову тебя Лев. Это значит "лев"", - говорит ему приемный отец в начале) - один из двух солдат, водрузивших советский флаг на Рейхстаге. Второй - его будущий сослуживец по МГБ, наворовавший у мертвых немцев в Рейхстаге часов и все их носивший на одной руке. Особист в черной кожанке, фотографировавший водружение флага, приказал ему их снять, но он не снял, а особист так его и зафотографировал.

Рекомендуется всем любителям альтернативной советской истории и тем счастливым молодым людям, которые не жили в СССР, но хотят знать, какая кошмарная это была страна.
道

Осуждение режима

Осуждение режима - довольно интересная штука.

Вот есть Третий рейх, 12 лет из жизни Германии, который осужден весь - не только собственно преступления, которых там было достаточно, но и идеология, которая в самом деле преступна, и сами символы а-ля свастика.

А вот США конца 1940-х и начала 1950-х, эра HUAC'а и сенатора Джозефа Маккарти. Ущемление прав негров (вплоть до Билля о гражданских правах 1964 года, а то и дольше), геев пачками выгоняют с госслужбы, коммунистов и того пуще, антиамериканская деятельность расследуется вовсю. С точки зрения прав человека - преступление, и преступление, более того, осуществляемое государством. Но никому не придет в голову осудить тут что-либо, кроме самого преступления. Ни режим США, ни символы, допустим, республиканской партии, к которой принадлежал оный сенатор.

Сюда же - например, уголовное преследование геев в той же Великобритании и в той же ФРГ до 1967 и 1964 года соответственно. Опять же, юридически вопрос как-то решился - амнистия, извинения, тырыпыры. Но не осуждение режима.

И вот есть СССР, который, в отличие от Третьего рейха, был очень разным в разные эпохи - скорее уж как США, то линчуют кого-то, то оттепель, - но в определенный период по преступлениям был близок к рейху вполне.

Где проходит граница, после которой начинается именно что преступный режим - а до нее режим нормальный, но типа может иногда совершать всякие там преступления?

Должна ли влиять на расположение этой границы инаковость экономической идеологии? СССР, да, был совсем не такой, как США. Но эта его инаковость не была преступной сама по себе - в плановой экономике ничего преступного нет.

Я как левый человек, конечно, опасаюсь, что вместе с водой выплеснут и ребенка. Я слишком часто видел, как на какие-то левые предложения сытые капиталистические хари начинают орать, мол, это был преступный режим и на него нельзя ориентироваться. Этого я не хочу.

Ну и - посмотрите на Китай с его эпохой преступлений, случившихся не так уж и давно.

При этом, да, за осуждение Третьего рейха - всего, вкупе с символами, - я всеми руками и ногами.
道

"Три незнакомца"

1938 год, Лондон, канун китайского Нового года. Красивая женщина приводит домой двух мужчин, случайно встреченных на лондонской улице. Она рассказывает им о "китайском поверье": если в полночь нового года по китайскому календарю три незнакомца загадают желание перед статуэткой Гуаньинь и та им улыбнется, это желание - одно на троих - сбудется. Все трое загадывают выигрыш в тотализаторе и договариваются, что выигранные деньги тоже поставят на скачки.

Женщина - супруга британского дипломата, которому светит крупная должность в Министерстве колоний. Один из мужчин - пьяница, замешанный в ограблении склада, включая убийство полицейского. Второй - юрист, мечтающий пробиться в высшее общество. Два плохих человека, один хороший. Джеральдин Фитцджеральд, Сидни Гринстрит и Питер Лорре.



Невзирая на внешнее сходство с "Мальтийским соколом" - нуар, Лорре, Гринстрит, загадочная статуэтка, Джон Хьюстон как соавтор сценария, - "Три незнакомца" (1946) Жана Негулеску совершенно на него не похожи. Это совсем другая история хотя бы потому, что означенный сокол - классический макгаффин, то есть на его месте могло быть что угодно, а бодхисаттва Гуаньинь одновременно не играет никакой роли в развитии сюжета, вернее, трех сюжетов, и обусловливает их от и до. "Три незнакомца" - скорее буддийское моралите, строящееся на том, что если уж вы просите чего-то у небес, небеса дадут вам все - но по небесной справедливости.

В числе прочего в фильме есть пожилая британская аристократка, эротически общающаяся с покойным мужем, тюремная камера с патефоном, оставленным убийцей "пять повешений назад", и беседа фантастического актера Питера Лорре с обезьянкой на языке скорченных рож.

И, конечно, улыбающаяся бодхисаттва Гуаньинь.
道

Успенский

"Гибель эскадры" - говорят, последняя статья Михаила Глебовича.

Отличный текст про то, с какой легкостью рассобачился фэндом, поделившись на крымнашей и хренвашей. Очень знакомо:

Дальше пошло еще хуже. Вчерашние друзья начали люто собачиться в Сети. Попрекать друг друга прошлыми текстами и высказываниями. Доносов друг на друга пока вроде не пишут, но, может быть, я просто не в курсе. Дело нехитрое и недолгое.

Ну вот пришла пора и для цитат. Сначала из «Стажеров» братьев Стругацких:

«Как это оказалось просто — вернуть вас в первобытное состояние, поставить вас на четвереньки — три года, один честолюбивый маньяк и один провинциальный интриган. И вы согнулись, озверели, потеряли человеческий облик. Милые, веселые, честные ребята… Какой стыд!»

Какие три года! Трех часов хватило! А стыд… Какой может быть стыд, когда тебя переполняет чувство Родины! Когда тебе противостоят банды таинственных бандеровцев! Когда наших младенцев распинают на Доске почета (тут уж без фантастов наверняка не обошлось — кто бы другой такое придумал!).


Самое смешное, что ссылку на "Гибель эскадры" постят в святой простоте и люди, твердо занявшие позицию по какую-то сторону этого странного фронта.
道

Ультиматумы

Во френдленте (под замком, но что уж) опять ставят ультиматумы: либо вы мои френды, либо френды таких-то. Выбирай, но осторожно. Осторожно, но выбирай.

Я понимаю эту позицию в том плане, что если есть подозрение, что кто-то за кем-то шпионит, иногда лучше, да, отфрендить. Обижаться тут не на что, особенно если ты ни за кем не шпионишь. Это к вопросу о чувстве вины.

Более того, я помню ситуацию, в которой сам колебался, отфренживать мне много ково или нет. Здравый смысл (при всем моем тогдашнем состоянии) как-то победил. Отфренживал я только прицельно и никогда списком "по таким-то френдам".

Но вообще последняя ситуация типа "ты дружишь со мной или с ним" у меня была, когда мне было лет шесть. Или семь. И мне кажется, что взрослым людям такие кунштюки не подобают. Это шантаж уровня "штаны на лямках" потому что. А шантаж всегда вызывает одно здоровое желание - не поддаваться шантажисту.

Я без осуждения. Я просто не понимаю этого уровня взаимозлости. И, любезные друзья и френды, не хочу понимать.
兎

"Лонгфорд"

Посмотрел британский телефильм "Лонгфорд" (2006). Нашел я его после "Облачного атласа", резко заинтересовавшись актером Джимом Бродбентом, который в "Атласе" играл капитана корабля, старого композитора, издателя и так далее. Бродбент - актер гениальный, и за "Лонгофорда" он получил премию BAFTA, но суть не в этом.



"Лонгфорд" - реальная история про Фрэнка Пэкенхэма, лорда Лонгфорда, члена Палаты лордов, бывшего члена кабинета министров, ирландского аристократа, лейбориста, истого христианина, перешедшего в католицизм, автора нескольких книг, отца, между прочим, восьмерых детей (среди которых - романистки Антония Фрейзер и Рейчел Биллингтон, историк Томас Пэкенхэм, поэтесса Джудит Казанцис; я сам удивился, когда увидел эту россыпь имен), и Майры Хиндли, самой известной британской женщины-убийцы прошлого века.

Этот фильм стоит смотреть каждому, я думаю, но особо стоит его смотреть христианам. Потому что в "Лонгфорде" есть вопросы, которые затрагивают самую суть христианства. Самую-самую суть.

To make a long story short: лорд Лонгфорд (1905-2001) с 1930-х годов посещал британских заключенных. Будучи реально христианином, он считал, что должен в меру сил и возможностей помогать ближнему своему, особенно тому, который оступился. В конце 1960-х годов ему прислала письмо Майра Хиндли, женщина, которая вместе со своим сожителем Иэном Брэйди заманила и убила трех (как тогда считалось) детей. Я не буду пересказывать эту страшную историю, детали есть в Википедии; поверьте, там все было ОЧЕНЬ плохо. От петли убийц спасла только отмена смертной казни. Обоим дали пожизненное.

Лонгфорд едет в тюрьму к Майре Хиндли - и видит, что та, по всей видимости, раскаивается. А Майра Хиндли, скорее всего, просто очень хочет на свободу, благо "пожизненное" - это, как правило, досрочное освобождение. Она говорит, что исправилась, начинает посещать церковь (она тоже католичка, что Лонгфорда подкупает), исповедуется, ведет себя примерно, хвалит лордову автобиографию. Лонгфорд, впрочем, на лесть не ведется. Возможно, Майра его несколько очаровывает, но дело, видимо, в другом.

Collapse )
道

My Very Private Bookish Life

Иногда меня перемыкает, и я читаю первое попавшееся. Первого попавшегося у меня много. Лет пять на меня смотрела книга Джозефа Кэнона "Хороший немец", и вот я решил в нее вчитаться. Ну или Вселенная решила загрузить меня книгами о Третьем рейхе, чтобы я что-то понял, наверное. Не знаю.

Я теперь хочу другие романы Кэнона тоже (на русский они не переведены, само собой), потому что этот - удивительный. Это детектив-нуар в декорациях оккупированного союзниками Берлина-45; сюжет вертится вокруг трупа американского лейтенанта, выловленного русскими в Потсдаме, с пулей в груди и толстыми пачками оккупационных марок на груди; главгерой, американский же военный журналист Джейк Гейсмар, вернувшийся в Германию за любимой женщиной, очень скоро обнаруживает, что есть некая связь между этим трупом и немецким математиком, мужем той самой любимой женщины. Это больше, чем повод, но и повод тоже - задать вопрос, который мучает массу неглупых людей: что произошло тогда с немцами? Как это все случилось? В романе есть несколько ответов. Страшных. До дрожи. Какие-то сцены - например, сцену суда над немецкой еврейкой, которая работала на гестапо грайфером, то есть выслеживала других евреев, - читать очень сложно просто потому, что - это все реальная история на разрыв аорты. В "Хорошем немце" моментов, когда хочется просто вот зарыдать от морального ужаса, немало. И при всем том это очень нуаристый, касабланистый, чэндлеровский крепкий детектив с трупами, погонями, дедукцией, любовью, чередой подозреваемых и изрядными сюрпризами раз в пятьдесят страниц.

Короче говоря, must-read. Я теперь хочу посмотреть фильм в Клуни и Бланшетт. Хотя, говорят, фильм не ахти - но все-таки.

В последние дни добираю то, что почему-то не получалось добрать раньше. Приобрел наконец сборник статей Карла Ристикиви "Viimne vabadus" ("Последняя свобода", и там опять же эссе "Гитлер в нас самих"), "Сезон что надо" Йозефа Шкворецкого (оказывается, он на русском издавался не одной книгой, ура), ну и до кучи "Историю дзэн-буддизма" Дюмулена, "Ки-но Цураюки" Горегляда и "Избранные труды по буддизму" Щербатского. Надо приникать к корням.

Кстати вспомнил о Розенберге. Об Отто Розенберге, по одной из версий погибшем в Таллине и захороненном в "парке живых и мертвых" в Копли (вот так гуляешь в детстве по парку - и не знаешь, что тут был захоронен практически бодхисаттва). И заодно об Альфреде Розенберге, который в Таллине родился и некоторое время жил. Я представил себе даже, как эти два Розенберга встречаются где-нибудь возле Олевисте; вот они идут друг другу навстречу - два абсолютно противоположных вектора земной цивилизации: один - буддолог, в 31 год совершивший переворот в науке, а все буддологи, как известно, поневоле буддисты; и второй - человек, который станет автором "Мифа ХХ века" и главным идеологом фашизма. Два Розенберга, два мира, две силы, вечно противостоящие друг другу. Но нет - они разминулись: когда Отто приехал сюда из Павловска в конце 1919 года, Альфред уже год как отсюда уехал, побыв учителем в гимназии Густава-Адольфа и не став членом фрайкора, потому что его посчитали русским. Отто Розенберг умер здесь от тифа, так и не сделав в буддологии столько, сколько никто, кроме него, сделать все равно не смог бы. Альфред Розенберг умер на виселице в 1946 году. Без последнего слова. Не нашелся, что сказать.
  • Current Music
    Немного Нервно - Жена Смотрителя Маяка
道

Жизнь разнообразна и удивительна

Этим вечером я практически одновременно поглощал три культурных явления: мангу Макото Синкая и Мидзу Сахары "Голос далекой звезды", фильм "Комната 237" про кубриковское "Сияние" и спектакль пермского театра "У Моста" "Сиротливый Запад" по пьесе Мартина нашего МакДонаха. Ну вот так получилось. Не то чтобы я стремился к насыщенной жизни, но как-то вот так получается.

Манга очень хороша, особенно тем, что идет дальше синкаевского фильма.

"Комната 237" показывает нам, какими ебанутыми бывают люди. На выбор: либо Кубрик был сильно ебанутый, либо его интерпретаторы, либо, что называется, both. Потому что мне рассказывают, что "Сияние" - это фильм о Холокосте, уничтожении индейцев, сексуальной революции, а также про высадку "Аполло" на Луне: ходили слухи, что Кубрик был режиссером фальшивой пленки об этой высадке, и он поменял номер в гостинице с 217-го на 237-й, потому что до Луны 237 тысяч миль. На деле 239 тысяч, но чего уж. Иначе говоря, фильм "Комната 237" просто блестящий. Он о том, что поиски смысла - штука очень тонкая (потому что нельзя отрицать, что с "Сиянием" совсем не все так просто, и но и принимать на веру всю конспирологию нельзя тож).

Ну а "Сиротливый Запад" - это шедевр. Это про ирландских братьев, которые отравляют друг другу жизнь (один из них застрелил отца, потому что тот смеялся над его прической, а второй обещал подтвердить, что ружье выстрелило случайно, если брат подарит ему свою половину дома, и это только малая часть их "любви" друг к другу, хотя и любят они друг друга по-братски тоже), и про священника, который приносит себя в жертву, чтобы хоть кто-то на этой земле стал лучше. Вот эти братья, например. Фактически МакДонах написал о христианстве - об основании и продолжении христианства. Естественно представить себе, как Иисус идет на крест с мыслью, что, Господи, может, хоть что-то теперь изменится. И как потом Его смерть удерживает от зла апостолов, а за ними - thousands of millions crying for this man. В одной небольшой пьесе - суть христианства, прощения и раскаяния, и та тонкая грань, которая не дает миру пропасть. И еще масса всего. О том, что самоубийцы попадают в ад, а убийцы, если раскаются, в рай: "Хорошо быть католиком! Застрелил отца - и ничего страшного" (с)

Я в связи с этим вспомнил историю об убийце в протестантской и католической церквях из любимого романа "Полковник Брэмбл и его друзья" Андре Моруа. Если коротко: убийца идет по дороге и видит протестантскую церковь. Дай, думает, исповедуюсь. Заходит и говорит: "Хочу исповедаться, отец". - "Слушаю, сын мой". - "Отец, я убил". - "Что? Да как вы смеете являться в Храм Божий? Я сейчас же вызову полицию!.." Убийца еле уносит ноги, а тут католическая церковь. Он заходит. "Хочу исповедаться, отец". - "Слушаю, сын мой". - "Отец, я убил". - "Сколько раз, сын мой?"
カメレオン

История о перекосе восприятия

Спасибо всем за дискуссию в посте про Нимёллера - это полезный опыт. Я полагаю, у меня действительно перекос восприятия. Сейчас я вам это продемонстрирую.

Окей, подумал я сегодня, предположим (отвлекаясь от конкретной ситуации), я не могу вписаться за данного человека, потому что не хочу никоим образом участвовать в пропаганде его взглядов. Может быть, я могу вписаться, как Антон Первушин, по основному поводу - против статьи 282 и за свободу слова?

Я прочел эту статью. Оказалось, что по сути - не могу. Свобода слова в вакууме никогда не казалась мне самоценностью. Слова - те же поступки. Они причиняют боль и убивают реже, но - случается вполне. Это как с легкими наркотиками, которые вроде ничо так, кроме того, что масса народа начинает с марихуаны и заканчивает героином. Поэтому в самой идее возможности уголовного наказания за возбуждение вражды я не вижу ничего странного. Тюремные сроки мне активно не нравятся, само собой. Но суть-то здравая. Ну то есть - вот Гитлер; в какой момент его можно было остановить, чтобы не создавать прецедента убийства потенциальных диктаторов в колыбелях, но и не доводить до прихода их к власти с последующими миллионами жертв? Статья 282 тут могла бы пригодиться. Понятно, что если перед нами художественное произведение, за него судить нельзя. Но если это публицистика, если человек годами последовательно проповедует ненависть к какой-то группе людей, - у государства должна быть возможность как-то на него повлиять, чтобы не доводить до очередного рейха.

(В истории Эстонии был примечательный момент, когда в 30-е годы к власти путем выборов пришло местное НСДАП. Президент Константин Пятс со товарищи отменил на фиг итоги выборов, разогнал партии и установил на время диктатуру, то есть поступил весьма недемократически, благодаря чему в Эстонии не установился фашизм. Я очень хорошо понимаю Пятса; жаль, что в Германии не произошло того же самого.)

Другое дело, что возникает ситуация, когда власть использует эту статью для осуждения невиновных по любым поводам, притягивая их за уши. Но это ведь не проблема статьи. Это проблема правоприменительной практики, подзаконных актов, процессуальных кодексов, может быть, законодательной ветви власти вообще. С этим всем и надо бороться. В том числе - в ходе конкретного процесса. Требовать отмены статьи в такой ситуации - все равно что требовать отмены статьи за убийство, если власть изловчится и начнет сажать по ней тех, кто убил, не знаю, комара. Эти неправедные суды не отменяют того, что убийц нужно наказывать. Вопрос в том, что власть мухлюет, но это правда другой вопрос.

Вот такой перекос восприятия. Я думаю, это оттого, что я не живу в России. Может, изнутри я бы видел ситуацию как-то совсем по-другому.

Извините, если кого Березин (тм)